«ЕЗЖАЙ НА ОГОНЬ, МОЯ РАДОСТЬ, НАЙДЁШЬ БЕЗ ТРУДА…»

Владимир Маяковский был принят новой властью тем, что прославлял ее. Власть отвергла С.Есенина – душевные порывы были не по ней. Ну а Маяковский рубил сплеча:

«Светить всегда, светить везде, до дней последних донца,

Светить — и никаких гвоздей! Вот лозунг мой –и Солнца!»

Солнце он не забыл поставить после себя. Но светить ему долго не удалось, как он признался в предсмертной записке перед тем, как выстрелить себе в висок, что «любовная лодка разбилась о брег». Он покончил с собой, а Солнце продолжало светить, несмотря ни на что. Все дело в том, что свободу, провозглашенную в революционные годы, восприняли прежде всего как свободу низменной любви – все для всех дозволено. Распущенность была такова, что некоторые женщины в год делали по несколько абортов. Это взявший затем власть Сталин запретил аборты и ввел материальные ограничения на разводы. Но все-таки, о каком свете писал Маяковский и тот ли этот свет. Он полагал, что ураган российской революции светом пронесется по всей планете и тут же автоматически везде и повсюду установится свобода, равенство и братство. Но ее не удалось при всем силовом нажиме создать даже в своей стране. Насильственная коллективизация, голод, не говоря уже о гражданской войне. Какой тут свет – сплошная тьма. Но все-таки ведь то, что Свет был, есть и будет – общеизвестный факт, но как добраться до него, чтобы улучшить жизнь людскую. И самое поразительное это то, что потенциальная возможность открытия Света в себе присутствует в каждом из нас, но, увы, многим дороже тьма.

«Человек мыслит — так он создан. Ясно, что он должен мыслить разумно. Разумно мыслящий человек прежде всего думает о том, для какой цели он должен жить: он думает о своей душе, о Боге. Посмотрите же, о чем думают мирские люди? О чем угодно, только не об этом. Они думают о плясках, о музыке, о пении; они думают о постройках, о богатстве, о власти; они завидуют положению богачей и царей. Но они вовсе не думают о том, что значит быть человеком»

(Паскаль, французский религиозный философ, XII век).

И получается, что главная проблема в поисках Света в темном царстве – как научить людей разумению? Вся сложность в том, что разумность невозможно преподавать как математику или физику, это наука постигается жизнью посредством поставленных целей.

«Я прежде видел явления жизни, не думая о том, откуда эти явления и почему я вижу их. Когда же я стал думать об основной причине всего, я пришел к убеждению, что источник всего есть Свет разумения, и я так увлекся этой мыслью, что свел все к одному, совершенно удовлетворился признанием одного разумения началом всего. Но потом я увидел, что разумение есть свет, доходящий до меня через какое-то матовое стекло. Свет я вижу, но то, что дает этот Свет, я не знаю, хотя и знаю, что оно есть. То же, что есть источник Света, освещающего меня, чего я не знаю, но про существование чего я несомненно знаю, и есть Бог»

(Л.Н. Толстой).

Однако вернемся к целям. Цели-то, по сути, могут быть только две. Одна из них материальная. Это столь увлекательная штука, которая способна захватить в свое рабство всех людей вне зависимости от их положения, статуса и образования. Причем, самое печальное, что в этом устремлении не существует конечной цели, ее просто нет. Потому что достигнутое благо сегодняшнего дня уже не способно удовлетворить завтрашнее воображение. Это то, что на Востоке называется иллюзией Майи. И потому мудрец Конфуций говорил, что «закон жизни для обыкновенных людей ясен, но он все более и более затемняется по мере того, как они ему следуют».

Вторая духовно-нравственная составляющая, при которой человек начинает осознавать себя духовной личностью, — осознание бессмертности своей духовной сущности и открытие своего личного предназначения. То есть, какова цель – что должен делать в этот период очередного пребывания на Земле? И тогда люди начинают менять свои жизненные приоритеты. Нет, это не означает уход из жизни общества в некое затворничество. Это просто использование, быть может, ранее скрытых таких качеств как честь, достоинство и справедливость, над которыми главенствует наша совесть. И что самое важное следует за этим – тут же начинает налаживаться внешняя жизнь во всех ее составляющих, включая и материальную, при условии соблюдения принципа разумной достаточности. Тот же Конфуций имел мнение и по этому вопросу:

«Закон жизни для мудрых неясен, но он все более и более выясняется по мере того, как они ему следуют».

Но это не тот Свет, о котором так восторженно писал глашатай революции. Это тот, о котором говорил Лев Николаевич Толстой. Настоящий Свет начинается тогда, когда некие избранные (наверняка Свыше) начинают излучать энергию (Свет) благости. Пожалуй, лучше всех это удалось Булату Окуджаве:

— Мой конь притомился. Стоптались мои башмаки.

Куда же мне ехать? Скажите мне, будьте добры.

— Вдоль Красной реки, моя радость, вдоль Красной реки,

До Синей горы, моя радость, до Синей горы.

— А где ж та река и гора? Притомился мой конь.

Скажите, пожалуйста, как мне проехать туда?

— На ясный огонь, моя радость, на ясный огонь,

Езжай на огонь, моя радость, найдешь без труда.

— А где же тот ясный огонь? Почему не горит?

Сто лет подпираю я небо ночное плечом…

— Фонарщик был должен зажечь, да фонарщик-то спит,

Фонарщик-то спит, моя радость, а я ни при чем.

И снова он едет один без дороги во тьму.

Куда же он едет, ведь ночь подступает к глазам!..

— Ты что потерял, моя радость? — кричу я ему.

И он отвечает: — Ах, если б я знал это сам!

 

P. S. О, как нам не хватает проснувшихся фонарщиков!

14.07.2019

«ЕЗЖАЙ НА ОГОНЬ, МОЯ РАДОСТЬ, НАЙДЁШЬ БЕЗ ТРУДА...»
«ЕЗЖАЙ НА ОГОНЬ, МОЯ РАДОСТЬ, НАЙДЁШЬ БЕЗ ТРУДА…»

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован.